Картинная галерея Арт Город, продажа картин, купить картину, картина на заказ, портрет на заказ, заказать портрет, заказать картину, картина в подарок, галерея картин, копии картин, продажа живописи
Главная · Галерея картин · Сегодня в продаже · Картины на заказ · Портреты на заказ · Покупателю · Контакты · Статьи о искусстве · Карта сайта June 24 2017 06:29:38
заказать
Картинная галерея
Картинная
Навигация
Абрамова Татьяна
Герасимова Наталья
Годустова Светлана
Денисенко Вадим
Ефремов Андрей
Жуков Леонид
Землин Вениамин
Капустин Александр
Курицын Сергей
Лешин Виктор
Ладыгин Олег
Лимарев Евгений
Лупийчук Виктор
Луговской Владимир
Масленникова Ирина
Милюков Александр
Новожилов Андрей
Осипов Артур
Перцев Владимир
Пивоваров Алексей
Селин Валерий
Сержпинский Сергей
Федорцев Александр
Хохлов Владимир
Чердаков Вячеслав
Янов Виктор
Картины по жанрам
Статьи о искусстве
Статьи
Блог
Блог</a
Александр Капустин
Москва
прдажа

Городские пейзажи и картины с видами городов очень популярны. Их используют для украшения интерьера гостиных, а так же офисов, ресторанов и гостиниц. Мы продаём картины с видами Москвы, Санкт- петербурга и других городов, а так же пишем пейзажи на заказ по фото.

П.Верещагин. Копия картины
Вид Московского Кремля со стороны Английской набережной
пейзажи
Исторические пейзажи Москвы дарят нам тепло и хорошо вписываются в интерьер государственных учреждений и комнат в классическом стиле.
Олег Ладыгин
Рассвет
продажа

Пейзажи Олега Ладыгина отличаются тонким умением чувствовать природу. Его картины хорошо смотрятся и в интерьере гостиной и в столовой.

Владимир Хохлов
Заливной луг
продажа

Летние пейзажи Средней полосы России необычайно популярны. Мы с детства помним каждый кустик на даче, мы впитали в себя красоту этих мест. Поэтому такие картины в интерьере будут вызывать у вас только тёплые чувства.

Александр Милюков
Морской пейзаж
морские

Морские пейзажи в интерьере гостиных придают комнате динамику и глубину.

Андрей Ефремов
Натюрморт с Пионами
продажа
Натюрморты с цветами прекрасно вписываются в интерьер столовой и делают атмосферу в помещении благостной.
Чернышев, ученик Венецианова

М.ШУМОВА

К числу наиболее заметных жанристов 1850-х гг. принадлежит Алексей Филлипович Чернышев (18241863). Его живописное наследие невелико, но такие картины, как «Отъезд» (1850, Русский музей), «Благословение невесты» (1851, там же), «Шарманщик» (1852, Третьяковская галерея), достаточно известны и не раз репродуцировались. Чернышев издавна привлекал к себе внимание и как прекрасный рисовальщик, а также как воспитанник А.Венецианова, испытавший одновременно и влияние П.Федотова. Многообразие контактов Алексея Филипповича с современниками (затрагиваемых мною лишь частично) позволило ему занять определенное место и в культурной жизни середины прошлого века.
Его ибография тесно связяна с Оренбургом, где он родился в семье войскового писаря и где жил до семнадцатилетнего возраста. Семья была не просто грамотной, но богатой дарованиями: один из родных братьев – Константин учился в петербургской Академии художеств, другой – Матвей был художником-любителем, а двоюродный брат, казацкий урядник Александр Чернышев – пейзажист и портретист – обучал Алексея Чернышева мастерству. Алексей Филиппович, как и его родственники, был лизко знаком с Т.Шевченко в период пребывания поэта в ссылке в Оренбурге в 1847 году. Художнику приписывают натурный рисунок, предположительно исполненный в доме Чернышевых, на котором изображены Шевченко и ссыльные польские революционеры (дошел до наших дней в копии). Правда, следует заметить, что рисунок явно слабее других его работ этого времени, что делает авторство не бесспорным.
С другой стороны, Алексей Чернышев имел разнообразные контакты с высокопоставленной дворянской интеллигенцией. Так, его опекуном в Оренбурге выступил известный ценитель и знаток искусств, крупный государственный деятель граф В.А.Перовский, являвшийся в 18321842 годах оренбургским военным генерал-губернатором. Бывая в доме Г.Ф.Генса, Перовский обратил внимание на способного мальчика, приходившегося его жене крестником и подолгу жившего в их семье. Благосклонность губернатора имела решающее значение в дальнейшей судьбе художника: Перовский добился исключения шестнадцатилетнего Чернышева из оренбургского батальона военных кантонистов, к которым тот принадлежал от рождения как солдатский сын. Подобное дело было под силу лишь очень влиятельному человеку, так как требовало «высочайшего соизволения». Затем Перовский отправил Алексея Чернышева в Петербург для поступления в Академию художеств. По приезде в декабре 1841 года в столицу, до которой он добирался при попечении сослуживца губернатора, графа И.А.Толстого, Чернышев поселился в его семье. Вскоре он приобрел покровительство родственника Толстых, коллекционера и мецената А.Томилова, в усадьье которого – Успенском, близ Старой Ладоги, проводил летние месяцы 1842, 1843 и 1844 годов. Здесь, уже будучи учеником Академии художеств, он много рисовал с натуры – пейзажи, крестьян, членов семьи Томиловых, аккуратно подписывая свои рисунки. Через Перовского, Толстого, Философовых (находившихся в близком родстве с Томиловыми) А.Чернышев получал заказы на пейзажные и портретные рисунки, став автором многих «семейны групп» в интерьере, представляющих теперь значительный иконографический интерес.
Все изложенные факты делают еще более важным и интересным вопрос об отношении его к Венецианову, учеником которого он издавна считается, и о наличии прямых связей между известным педагогом и кругом Томилова.
С 1878 года, когда появилась обстоятельная статья авторитетного исследователя П.Петрова, и до настоящего времени во всей обширной литературе, касающейся школы Венецианова, А.Чернышев значится в числе последних его воспитанников. В хронологическом ряду Петрова он – предпоследний, в фундаментальной книге Т.Алексеевой «Художники школы Венецианова (два издания – М., 1958 и М., 1982) в числе трех самых поздних учеников Венецианова. Первый в советское время монографический очерк о Чернышеве М.Раковой тоже опирался на прочную традицию предшественников. Автор сообщала, что знакомство с Венециановым было первым значительным событием в жизни начинающего художника, хотя едва ли контакты их были длительны. На кратковременность их указывает и Т.Алексеева, отмечая, что характер творчества А.Чернышева обусловлен не одним лишь влиянием А.Венецианова. Вместе с тем период обучения А.Чернышева у Венецианова обозначен Т.Алексеевой достаточно широко – с 1842 по 1846 год – и таким образом включает в себя и пребывание ученика в стенах Академии художеств. Хотя в этом обширном труде известного исследователя А.Чернышев занимает небольшое место, его творческая биография сопровождается подробным комментарием, в том числе списком литературы и перечнем его произведений.
Предложенные Т.Алексеевой хронологические рамки контактов А.Чернышева с А.Венециановым впервые обозначены столь четко и обусловлены, вероятно, двумя обстоятельствами: временем приезда ученика в столицу и свидетельством самого педагога.
Венецианов упомянул о Чернышеве дважды. В 1843 году он представлял его работы в Общество поощрения художников для оказания ему материальной помощи: об этом мы узнаем из сохранившегося ответа Общества, так как само письмо не обнаружено. Через три с половиной года в письме, написанном в декабре 1846 года, Венецианов обращается к конференц-секретарю Академии художеств В.Григоровичу со словами: «Так как теперь сохи или топора Чернышову в руки не всучишь, то взгляните на него. Я только одного внимания прошу, внимания к части дара способности».
Однако неторопливое прочтение этих документов вызывает множество недоумений. Благодаря многообразию соприкосновений А.Чернышева с художественной и светской жизнью Петербурга 18401850-х годов, его биография довольно подробно отразилась в свидетельствах эпохи, подписных и датированных рисунках, архивных делах Академии художеств и Общества поощрения художников, переписке семьи Томиловых, что позволяет обозначить вехи жизни Чернышева примерно с точностью до полугода, а порой и до месяца. При этом обнаруживается явное противоречие между действительными фактами и принятыми в науке утверждениями, основанными прежде всего на упоминании его в переписке Венецианова. Вернемся к ним еще раз.
В 1843 году Венецианов представляет в Комитет общества поощрения работы своих воспитанников – Чернышева и Эрасси, и Комитет, «желая ободрить их», «положил выдать им двести рублей». Но А.Чернышев стал пенсионером (то есть стипендиатом) Общества еще в 1842 году. И, оказывается, тогда же, почти сразу по приезде из Оренбурга он поступил в Академию художеств, а не год спустя, как издавна считалось. В 1843 году его продолжают опекать влиятельные лица. Так, двоюродный брат А.Томилова – А.И.Философов, будучи воспитателем царских сыновей, возбудил интерес к Чернышеву у членов царской семьи. И именно в 1843 году художник выполняет композицию «Цыганский табор», заказанную ему великой княжной Ольгой Николаевной. К этому же году относятся исполненные в Царском Селе зарисовки семьи Толстых (полковник в отставке граф А.А.Толстой был членом совета царскосельского дворцового управления): в кругу родственников и знакомых художник изображает не только своего опекуна Перовского и других сановных завсегдатаев гостиной, но порой и самого себя (рисунки находятся в Русском музее).
Таким образом, совершенно очевидно, что в 1843 году в протекции Венецианова А.Чернышев не нуждался, а значительная поощрительная сумма ему, пенсионеру Общества, вряд ли могла быть выдана. Следовательно, хлопоты Веницианова были не о нем.
Невозможно связать с А.Чернышевым цитированное выше письмо к Григоровичу, отправленное на исходе 1846 года. Прежде всего бывший житель Оренбурга, ныне ученик Академии художеств, пребывавший в столице уже пять лет, не имел прямого отношения к «сохе» и «топору», о которых говорится в письме. Кроме того, положение художника в 1846 году было, хотя и нелегким (оно во многом зависело от прихотей властного Перовского), но прочным и обеспечееным. Чернышев не только имел популярность домашнего рисовальщика в богатых ворянских семьях, но был приближен к царскому двору. В Гатчине, в Царском Селе он исполнил множество групповых портретов с членов царской семьи и прдворного окружения – альбомы с подобными рисунками и отдельные листы хранятся ныне в Русском музее и других крупных собраниях. В декабре 1846 года, то есть тогда, когда Венецианов писал Григоровичу, императрица и наследник наградили А.Чернышева драгоценными перстнями, и это была не первая полученная им награда такого рода.
Все эти факты не соотносились исследователями с цитированными словами Венецианова и с общепринтым комментарием к ним. Не привлекли до сих пор внимания и отсутствие в известной нам переписке Томилова упоминаний о Венецианове (при неоднократных сообщениях о занятиях А.Чернышева), и то существенное обстоятельство, что сам учитель не назвал своего питомца по имени. Не бросилось в глаза и то, что А.Чернышев не бывал в Тверской губернии и, следовательно, его «венециановские» устремления в пейзажных зарисовках восходят к томиловскому Успенскому и отчасти к мало еще исслоедованной школе пейзажиста М.Воробева, у которого он обучался в Академии.
Таким образом, становится очевидным, что мы не располагаем сведениями о контактах А.Чернышева и А.Венецианова и что другой его воспитанник-однофамилец – несомненно крестьянского происхождения – упоминался в цитированных бумагах. Может быть, А.Савинов и предполагал это, так как, впервые публикуя письмо Венецианова Григоровичу, фамилию Чернышева оставил без комментариев.
Печатные источники дореволюционной поры не содержат ответа на вопрос, кто же этот неведомый ученик: из нескольких Чернышевых, зафиксированных в 1840-1850-х годах, ни один не был назван как причастный к Венецианову. Но архивные документы Академии художеств позволили отдать предпочтение для дальнейших поисков вольноотпущенному Павлу Егоровичу Чернышеву. В 1845 году он просил у Академии «вспомоществования» и бесплатного билета на посещение классов («ибо я совершенно бедный человек», - писал он.) Тогда же ему была отпущена немалая сумма – 100 рублей и еще 10 на учебники. Он представил в Академию и свою отпускную, составленную в 1834 году. В ней говорится, что помещица Бежецкого уезда Тверской губернии «вдова подпоручица Наталья Никитина Жеребцова» отпустила доставшихся ей по наследству от родительница Авдотьи Яковлевны Несредьевой записанных в сельце Квасове дворового человека Егора Ефимова с женою и сыновьями Петром, Андреем, Михаилом, Павлом, Егором и Иваном «вечно на волю».
Бышее крепостное состояние Павла Егоровича и его происхождение на Бежецкого уезда (к бежецкому мещанскому сословию принадлежал и ученик Венецианов А.Тыранов) внушали надежды на успех поисков, но в отпускной почему-то не фигурировала фамилия «Чернышев». Последующие документы пролили свет на это обстоятельство и заодно развеяли все сомнения.
В ноябре 1850 года вольноприходящий ученик Академии П.Чернышев обращается в академический совет с прошением удостоить его звания художника и сообщает о себе: «В 1844 году поступил я в Академию из учеников умершего академика Венецианова и, продолжая академический курс, занимался преимущественно живописью портретной, чем и содержал себя, в 1847 году за написанное мною изображение солдата с ружьем, бывшее на выставке, награжден от Академии серебряной медалью второго достоинства». И несколькониже в прошении говорится: «Вместе с тем имею честь объяснить, что в данной отцу моему отпускной, где значусь и я, не показано фамилии моей Чернышев, вероятно, от пропуска, или, как обыкновенно бывает в крестьянском быту, что называют только по имени и отчеству, но как фамилию эту и отец мой имел и брат Иван, который, обучаясь в Театральном училище, называется Чернышев…, то прошу покорнейше в случае удостоения звания художника именовать меня Павел Егоров Чернышев, тем более, что я обучался у г.Венецианова и с самого поступления моего в ученики Академии именовался этою фамилиею».
В ответ на прошение Совет Академии постановил дать Чернышеву звание художника с условием, что он представит доказательства законности своей фамилии. Это, однако, оказалось неисполнимым, и через год, в сентябре 1851 года, Павел Егорович снова обращается в правление Академии художеств: «Обучаясь первоначально рисованию и живописи у покойного Академика Алексея Гавриловича Венецианова, я имел фамилию по отце моем Чернышев, хотя и не значилась она в данной отпускной. Под этою фамилией поступил я по содействию наставника моего в Академию…». Далее Чернышев пишет о невозможности добыть свидетельств тому, что он – Чернышев: старые помещики умерли, имение перешло уже к третьему владельцу. Он снова ссылается на то, что ту же фамилию носит его брат Иван, обучающийся в Театральном училище. Если же, пишет Чернышев, этого доказательства недостаточно, то он просит в аттестате на звание художника именовать его по отцу Павлом Егоровым, как и значится в отпускной. Академия послала запросы тверскому гражданскому губернатору и в Дирекцию петербургских театров. Из Твери пришел ответ: по ревизской сказке Павел Чернышев – Чернышевым не числится, а значится Павлом Ефимовым (то есть, даже не по отцу, а по деду, поскольку отпускная дана дворовому человеку Егору Ефимову с женой и сыновьями.) В то же время Театральная дирекция уведомила, что Иван Чернышев имеет эту фамилию лишь по театру, «но документов на сие никаких не имеется».
В справке Академии, составленной в 1852 году и излагающей историю дела о фамилии, снова упомянут первый учитель П.Чернышева: «Чернышев был ученик академика Венецианова, им привезен из деревни и отдан учиться в Академию под фамилией Чернышев».
После того как возможности подтвердить фамилию Чернышева были исчерпаны и не принесли успеха, академический совет принял в 1852 году решение представить ученика общему собранию Академии художеств на утверждение в звании художника портретной живописи под названной им фамилией. Вероятно, в том же году он получил аттестат, и дальнейшая судьба Павла Чернышева в документрах не отражена.
Таким образом установлено, что Павел Егорович Чернышев обучался у Венецианова, был им привезен из деревни в Петербург, «занимался преимущественно живописью портретной», являвшейся источником его заработка, что в 1844 году «с помощью наставника своего» поступил в Академию художеств. П.Чернышев был «совершенно бедный человек», и поэтому естественны хлопоты о нем Венецианова в 1843 году. В сентябре 1846 года за живопись с натуры – «Портрет солдата с ружьем» - Чернышев получил первую академическую награду – Малую серебряную медаль. Несколько месяцев спустя Венецианов просит В.Григоровича о внимании к своему воспитаннику.
Это письмо послано из Сафонкова, куда Венецианов незадолго перед тем вернулся из столицы. Написанное в последний период жизни, оно полно горечи относительно собственного положения и судьбы дела, которому посвящены многие годы. Венецианов пишет: «Никогда моя поездка в Питер не была так несчастлива, как эта последняя – как будто судьба решилась мне отказать в собственных моих желаниях и надобностях для того, чтобы отмстить мне за какую-нибудь полсотню людей, сведенных с пути, рождением назначенного. Может быть, Тыранов, Зарянко – с аршинами, Михайлов, Славянский, Алексеев и проч. с сохами и топорами гораздо счастливее, беззаботнее бы были, нежели теперь с кистями их». Далее Венецианов сетует на свои финансовые дела, на долг в опекунском совете, шлет семье Григоровича позравления и ставит свою подпись. Ниже он добавляет еще несколько строк, в том числе и эти: «Так как теперь сохи или топора Чернышеву в руки не всучишь, то взгляните на него. Я только одного внимания прошу, внимания к части дара способности».
Венецианова связывала с Григоровичем давняя дружба домами. Из приведенного текста ясно, что разговор о Чернышеве уже состоялся между ними в Петербурге: Венецианов как бы продолжает высказанную ранее мысль и напоминает о договоренности внимательно просмотреть какие-то работы Чернышева («взгляните на него»). Эта приписка интересна и тем, что характеризует Венецианова: как бы вопреки горечи и усталости, пронизывающих письмо, он не может оставить без помощи необеспеченного ученика, проявившего способности.
Следует заметить, что Павел Чернышев в 1844-1850-х годах обучался в Академии художеств одновременно с Алексеем Чернышевым, только в отличие от своего однокашника, занимавшегося живописью «народных сцен» и пейзажем, он был портретистом. Знакомившийся с академическим архивом П.Петров, о статье которого говорилось выше, очевидно, спутал двух однофамильцев, сочтя за бывшего ученика Венецианова более даровитого и более известного из них. Впрочем, о степени даровитости П.Чернышева рано судить. Работы его еще предстоит выявить. Но и теперь, помимо упоминавшегося «Солдата с ружьем», можно назвать два его произведения. В книге Т.Алексеевой в числе работ Алексея Чернышева указаны: «Деревенская крестьянская девушка, пляшущая с платком в руке» (Академическая выставка 1845-1846 гг.) и «Смеющаяся крестьянская девушка» (Материалы Общества поощрения художников, 1847).
О первой работе живописца писал журнал «Иллюстрация» (1846, май, № 18), что Чернышев выставил «небольшую картинку…, представляющую деревенскую девушку. Она пляшет с платком в руке. В этой картинке много правды и хорошее письмо». Произведение, соответствующее этому описанию, находилось в Киевском музее русского искусства и было похищено фашистами в годы войны. В документации музея зафиксирована подпись, имевшаяся в правом нижнем углу холста: «П.Чернышевъ». Она слабо видна на сохранившейся фотографии картины.
Вторая из названных работ – «Смеющаяся крестьянская девушка» - указана в документах Общества поощрения художников от 1846 года. В приходно-расходной книге Общества за этот год сохранилась запись: «Ноября 12. Выдано художнику Чернышеву за картину девочка, смеющаяся, тридцать рублей серебром», - и старательная расписка: «Тридцать рублей получил П.Чернышов».
Возможно, что картина Киевского музея, упомянутая в журнале «Иллюстрация», и «Девочка смеющаяся», за которую в том же году Чернышев получил деньги от Общества поощрения художников, одно и то же произведение. Может быть, показанное весной на академической выставке, оно было разыграно затем в лотерее Общества. И поскольку в Академии художеств в 1840-е годы не было другого ученика Чернышева, имя которого начиналось бы с буквы «П» (ни в «экзаменных», ни в адресных списках такового не числится), то автором картины следует признать Павла Чернышева.
«Пляшущая крестьянская девушка» отмечена той поэзией образа, той непосредственностью и вместе с тем возвышенностью восприятия натуры, которые присущи воспитанникам Венецианова. Автор картины – немного наивный, но искренний художник, имеющий навыки именно в портретном искусстве и стремящийся сочетать опыт венециановской школы с академическими принципами. В те годы в Академии художеств весьма поощрялся «итальянизирующий» бытовой жанр. И в работе Чернышева юная приветливая крестьянка с чисто русскими чертами лица представлена танцующей на фоне условного южного пейзажа.
Можно назвать и еще одно произведение, которое с большой долей вероятности принадлежало кисти П.Чернышева: его мы можем увидеть лишь на старой фотографии, да на открытке, изданной Изогизом в 1930-х годах. Небольшое полотно «Столяр» изображает того же крестьянского мальчика, которого в несколько ином повороте написал ученик Венецианов Л.Плахов («Крестьянский мальчик с лучиной», Третьяковская галерея). Оно находилось в Русском музее, поступив из собрания Л.Михайлова. Предлагая художественному отделу музея несколько картин венециановской школы, Михайлов указал, что «Столяр» является работой «ученика Венецианова Чернышева». За отсутствием на этюде подписи его причислили к наследию Алексея Чернышева, под его именем он и был репродуцирован в открытке Изогиза. В 1940 году картина была выдана на передвижную выставку, направленную в Алупку и Нальчик, и вместе со всеми ее экспонатами изчезла по время войны.
Вот пока и все, что можно сказать о Павле Егоровиче Чернышеве. Время покажет, сохранились ли какие-либо его работы. Возможно, они обнаружатся в фондах музеев. Но и то, что стало теперь известно, дает основания для некоторых выводов.
Устраняются, наконец, противоречия творческой биографии Алексея Чернышева. Вопреки столетней традции следует признать, что он не был учеником Венецианова и, может быть, даже не имел случая пользоваться советами известного педагога. Действительным же воспитанником последнего являлся Павел Чернышев.
заказ
копии
Олег Ладыгин
Храм Христа Спасителя

Наши художники любят писать пейзажи с Храмами, и картины с историческим центром Москвы и Санкт- Петербурга. Пейзаж с видами Москвы в ретро- стиле украсит ваш офис.

Рубенс. Копия картины
Союз Земли и Воды
продажа

Копии картин очень популярны. Копии известных работ представлены на нашем портале очень широко. Художник, делая копию картины не просто переносит изображение с холста на холст, но и точно переносит дух эпохи, а которую эта картина была написана.

Андрей Ефремов
Натюрморт с буддой
продажа
Живопись в стиле фен-шуй , которую мы продаём приносbт в интерьер красивый классический колорит с восточными нотками.
Светлана Годустова
Эпотажная мистерия
продажа

Живопись мистическая и аллегорическая была развита с древних времён, в средние века картины мистерии стали необычайно популярными и до сегодняшнего дня мистерии очень популярны.

Андрей Новожилов
Концерт на лугу
картины

Мы продаём большое количество картин для детской. Этот стиль живописи очень светлый, весёлый и добрый и удачно вписывается в интерьер комнаты для самых главных членов семейства.

Светлана Годустова
Натюрморт с астрами
натюрморт
Классические и современные натюрморты с цветами всегда великолепно смотрятся и в столовых и в гостиных и в спальнях. Картины с цветами всегда пользуются огромным успехом.
Сергей Курицын
Пейзажи средней полосы России пользуются любовью у покупателей. Ведь большинство из нас отдыхало у бабушки на даче или ездит в Московскую или соседние области. Речки и лесок, которые изображены на этих весёлых пейзажах так милы сердцу каждого из нас. Вот поэтому мы и любим такие пейзажи, покупаем картины средней полосы России и украшаем лесными пейзажами наш интерьер.
Вадим Денисенко
Голландский натюрморт
голландский
Натюрморты в голландском стиле всегда облагораживают интерьер и придают ему ощущение солидности. И в гостиной и в столовой и в офисе и в гостинице голландский натюрморт придаст интерьеру богатство и благородство.
Имя

Пароль



.

Контактный телефон картинной галереи: 8 (916) 583-42-50 E-mail: info@artgorod.ru
Copyright АРТ ГОРОД © 2005-2017. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ МАСТЕРСКАЯ - КАРТИННАЯ ГАЛЕРЕЯ Продажа картин Картины и портреты на заказ
При публикации картин сторонних художников администрация сайта не несет ответственности за соблюдение авторского права
Ответственность за соблюдение авторского права целиком и полностью ложится на лицо, приславшее материал для публикации



Rambler's Top100 Яндекс цитирования портретыкартиныинтернет
Powered by PHP-Fusion v6.00.204 © 2003-2005 - Aztec Theme by: